О чем эта книга:

В книге в увлекательной форме дана панорама истории Азии и Европы конца 12 века

ВСТУПЛЕНИЕ

ТЩЕТНЫЕ ПОХОДЫ

Важная особенность власти в средневековой Европе заключалась в составе правящего слоя. Не только государи, но и элита общества, как правило, были связаны родственными узами. Можно проследить родственные отношения между всеми правящими домами Европы —от Наварры до Византии. Король Иерусалимский был дядей византийского императора, тот приходился племянником французской королеве, а ее дочь во втором браке была женой сицилийского короля, который находился в родстве с польским королем, а тот оказывался сыном русской княгини. И так далее. Этот фактор действовал, несмотря на то что дяди ожесточенно воевали с племянниками, а шурины — с деверями. Правящий слой Европы осознавал себя одной большой недружной семьей, и родственные отношения порой были важнее отношений межгосударственных, что нарушало логику политических событий. Родственные связи то приводили к неожиданным мирным соглашениям, то ужесточали войны, ибо семейные конфликты могли принимать патологический характер.

Система династических браков и связей правящих домов сохранялась в Европе вплоть до нашего времени. Но разница между средневековьем и последующими веками очевидна: в XII веке государь, по крайней мере в своем домене, был господином над жизнью и смертью подданных и в меру своих способностей определял судьбу страны. В начале XX века для судеб России и Германии ровным счетом не играло роли то, что кайзер Вильгельм II и император Николай II были двоюродными братьями. Политики новейшего времени, планируя союз или конфликт, не думают о том, обидят ли они этим своего двоюродного брата либо тетушку.

Родственные связи правящей элиты Европы имели следствием особое полояение женщины. Дочери в доме феодала — радость, это товар, за который получают влиятельных родственников и новые земли. Французский король Людовик VII выдает дочерей за английского наследного принца, затем за другого наследника, затем за наследника византийского престола. Генрих Плантагенет также устраивает браки своих дочерей с принцами крови. Девочек, чуть вышедших из пеленок, везут в чужие страны, где они живут в чужих домах, окруженные чужими людьми и слыша чужой язык. Они вырастают полуфранцуженками и полувизантийками, они с детства существуют в мире интриг и предательства — ведь их судьбы связаны с вопросами престолонаследия. Но когда они про-

рываются к власти, жизненному опыту этих подростков может позавидовать любой министр. И нет другого периода в истории Земли, когда бы женщины столь часто выступали на авансцену и брали управление государствами в свои нежные ручки. Они как бы мстили за то, что их продавали и лишали детства.

Над этим суетливым феодальным муравейником возвышалась церковь, которая, с одной стороны, владела ума

Оглавление